Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
 
  
 


Максим Игоревич Лаврентьев родился в 1975 г. в Москве, в семье дирижёра и композитора И. А. Лаврентьева (1921-1997). Получил среднее музыкальное образование. Работал в автомобильном техцентре. Заочно окончил Литературный институт им. А. М. Горького(2001). Позднее работал там референтом, редактором в 'Литературной газете'. В 2008-2009 гг. - заместитель главного редактора, в 2010-2011 гг. - главный редактор журнала 'Литературная учёба'. Заведующий отделом литпроцесса газеты 'Литературная Россия'.

Стихи Максима Лаврентьева опубликованы в российских и зарубежных изданиях, в том числе переводной литературной периодике. В качестве критика, рецензента, эссеиста и публициста регулярно выступает на страницах ведущих специализированных изданий. Переводит восточноевропейскую поэзию. Его работы изданы за рубежом на французском, болгарском, японском языках. Автор книг: 'Немного сентиментальный путеводитель', 'Поэзия и смерть', 'Видения земли'.



* * *

Тёмной влагой набухает сквер,
по верхам раскидана рогожа, -
непогожая весна в Москве
так на осень позднюю похожа!

Со своей любовницей-весной
выхожу гулять под небом серым -
неизвестный маленький связной
между Богом и вот этим сквером.

На работу об руку идём
(мы с весной в одной конторе служим)
или, как сегодня, под дождём,
чертыхаясь, прыгаем по лужам.

Нам бы только ног не замочить.
Нам бы только выбраться отсюда.
Я рифмую. Спутница молчит.
И скучает.
И не верит в чудо.
2006

ФОНТАН

Подруга, помнишь страсть в фонтане,
где спущена была вода?
Сегодня с нашими понтами
мы не полезли бы туда.

Бродя по улицам, скучая,
гундося скверным голоском,
пришёл к фонтану я случайно
в осеннем сквере городском.

Теперь, когда иссякли силы
и безрассудство позади,
как неприкаянны и сиры
любвеобильные сады!

Сирени, некогда отцветшей,
торчат убогие кусты
и не мечтается о свежей
листве, о зарослях густых.

Но странно: нет в душе печали,
в ней неземная благодать -
как будто перед смертью дали
морозным воздухом дышать!

Полуденное небо ясно,
текут багряные сердца, -
всё гармонично, всё согласно
с высоким замыслом творца.

Я вспоминаю наш романчик,
я узнаю знакомый вид:
какой-то писающий мальчик
теперь в фонтане том стоит,

а рядом девушки смеются...
Октябрь кончается светло.
Вот, не успели оглянуться,
а десять лет уже прошло.
2006

* * *

Не подумай, что я неудачник,
очутившийся здесь по ошибке.
не отшельник я даже, а дачник,
что спокойно живёт на отшибе.

И мои не скромнее заботы
чьих-то вечных проблем и волнений,
но вокруг меня воздух свободы,
на котором работать вольнее.

Зацветают в саду моём вишни,
на ветвях появляется завязь,
не впускает в ограду Всевышний
ни нужду, ни проклятую зависть.

здесь друзьям не бывает деленья,
здесь не помнят ни званья, ни чина,
здесь, как дети, толпятся деревья
и лепечут почти различимо.

Но порой наклоняется время,
словно добрая старая няня,
и в её колыбельную веря,
сад безмолвствует, листья роняя.
2007

* * *

В том, что мы друг другу не хамили,
в том, что никого не убивали,
виновата музыка Вивальди
и ещё десятка три фамилий.

В частности, я обвиняю Баха,
и замешан, несомненно, Моцарт -
расстелившие повсюду бархат
чистых гармонических эмоций.

Мы дремали, глядя в телевизор,
ожидая пива и сенсаций.
Для чего опять к себе нас вызвал
лебедь умирающий Сен-Санса?

Надо быть Чайковским и Равелем,
чтобы безопасно приобщаться,
а иначе мы умрём от счастья,
если этой музыке поверим.
2007

* * *

Поторопились - вот и опоздали.
Торчим здесь у покинутых редутов.
Уйдём! покуда в нас не опознали
последних романтических придурков.

И наплевать, что по большому счёту
надёжнее быть Флакком, чем Назоном.
Всё сорвалось, всё полетело к чёрту.
Уже сырым пахнуло чернозёмом.

Давай-ка, брат, помолимся поп-арту!
Никто ведь не мешает нам продаться.
Всегда возможно, побродив по парку,
повеситься - и как бы оправдаться.

А мы когда-то думали о бегстве,
воображали пристани, перроны...
Но никуда не денешься от бедствий
и от своей, в конце концов, природы.
2009

* * *

Наблюдать как носится чижик
или слушать дятла-радиста -
ради вот таких мелочишек
ты, видать, на свет и родился.

И не надо корчить эстета,
говорить, что мир только ширма,
что твой дух выходит из тела,
ибо так велел ему Шива.

Лучше сдайся солнцу и лету
и разглядывай одуванчик.
Мир, который крутит рулетку,
всё равно тебя одурачит.
2009

* * *

В Москве опустели дворы.
Ты помнишь, как прежде бывало?
Зимой выбивали ковры,
а летом трясли покрывала.
Гремели столы - домино,
в колясках младенцы пищали,
и тут же - табак да вино,
чтоб жить без тоски, без печали.

Ты помнишь тот пламенный бой,
мальчишечью нашу ватагу,
когда на чужих мы гурьбой
за что-то рванулись в атаку?
Был в этом геройском бою
кулак мой до крови изодран,
но крик выливался из окон
бальзамом на душу мою...

А нынче в московских дворах
(Куда же успело всё деться?)
забыли о скромных дарах
того коммунального детства.
Выходят из дома жильцы,
заносчивый вид принимая,
как будто бы это жрецы
индейского племени майя.

Кто раньше мечтал об игре,
теперь помышляет о деле.
Двор пуст, словно лес в ноябре,
но осень здесь даже в апреле.
И только последний эстет,
седеющий, бледный, гнусавый,
сподоблен увидеть тот самый,
идущий из памяти, свет.
2010
 
Best Wallpapers For You Sugrob Soft: Софт Руссификаторы Mp3 Video и прочее Получить трафик