Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ НОВИКОВ

Со стихами В.Н.Новикова вы можете ознакомиться также
по адресу: http-novik-vn.narod.ru-GoldPen_1html
 
  
 


............................................
СТИХИ

МГНОВЕНЬЕ

Средь будней крадущихся тенью,
Есть блестки алмазных крупиц:
В них только само вдохновенье,
В них только любовь без границ.

Где губы горят в ожиданье,
Дотла полыхают сердца,
И значит как все мирозданье
Овал дорогого лица.

Когда в неземном упоенье
Вселенная падает ниц,
И чем-то похоже мгновенье
На крик улетающих птиц.

ПЕРВЫЙ СНЕГ

Всю ночь он падал беспрестанно
Скрывая разные изъяны,
И то, что было рваной раной
Укрыл старательно и рьяно.

Он шел всю ночь, валил упорно,
Не пощадив крестов соборных,
Чтоб белым утром, на рассвете,
Достали разом санки дети.

И чтоб он был на всех заборах,
И главной темой в разговорах.
И мы - подальше от греха -
Скорей закутались в меха.

И словно бы рыбачьи сети,
Качались у березы плети.
И только б кустики бурьяна
Торчали из него упрямо.

ОТРАЖЕНИЕ

Татьяне Кайсаровой

Даже эхо тут не уживается,
Утопая в пышно-влажном мху
В мочажинах черных отражается
Безмятежность мира наверху

Бирюза оправлена в осоку,
А у ног лишь мутная вода.
И скрипит смычком сосна высоко
О годах ушедших навсегда.

ЮНОСТЬ

Июнь и Юность, и Гроза.
Вы связаны одною нитью.

Из мрака света полоса,
Твое лицо и грома ритмы.
Нас хлещет мокрая лоза,
А мы готовы все простить ей.

Как необычны голоса,
И гулки черные леса,
Когда глаза глядят в глаза;
И это - главное открытье.

Июнь и Юность, и Гроза,
И корабля вот-вот отплытье...

* * *
Нет, в жизни все не так бывает!
Она не холст и не канва,
По ней не гладью вышивают
И шепчут нежные слова.

А в жизни все - как и в романе,
Когда кончается глава:
Затерянные в океане
Увидят в дымке острова.

Им кажется, что будет суша
И избавленье от невзгод,
Но главы новые обруша
Иной захватит переплет.

И снова бури и туманы
И глаз невинных ворожба,
Как нераскрытая в романе
Меж строк мелькнувшая судьба.

КАЛЛИРОЯ

Как гулки здесь шаги и мысли
Среди прославленных руин,
Где, кажется, вокруг зависли
Прозрачных тысячи картин.

Значенье черепков различных
Вам объяснит любезный гид
И над историей античной
Как будто ветер просквозит.

И вот уже плывут триеры,
Спешат послы за синий лес
И от Эллады до шумеров
Летит волнующая весть.

Что красотой с богиней споря,
Как бы сошедшая с небес,
Дочь Гермократа - Каллироя -
Ты покоряешь все окрест.

И меркли варвары и греки
Не в силах отвести свой взгляд,
Когда с любимым снова встретясь,
Стояла ты у царских врат...

Давно ушли туристов толпы,
Висит лимонная луна,
А я стою, мечтою полный,
И пьян совсем не от вина.

Смотрю на звезды и на мрамор
В своем двухтысячном году
Среди развалин древних храмов
Ее шаги напрасно жду:

ПЕРЕМЕНА ОСВЕЩЕНЬЯ

Перемена освещенья -
Пегий снег сечет крупой,
И над соснами мгновенно
Все закрылось пеленой.

Если снова проступает
Диск победный из-за туч.
Так пронзительно сияет
Местность с черно белых круч,

Точно поле после боя,
Даль в курящихся дымах,
И пьянящий запах хвои
До стеснения в висках.

Где намечен план сраженья,
Утвержден в каких мирах?
Перемена освещенья -
Жизнь, победа или крах...

МАРТ

Ночью - холод мирозданья,
Спиртовой огонь звезды.
Днем с - огромных расстояний
На церквах видны кресты.

И по насту мчат метелки
Прошлогодней лебеды,
А в оттаявшем ведерке
Бирюза живой воды.

Так изменчива погода:
Не оглянешься, и вновь -
Стынут крики пароходов
Над молчанием снегов.

И проснувшись хмурой ранью,
Глянешь в утренний туман:
Всюду только очертанья -
Растворился задний план.

А вчера еще казалось -
Праздник будет без конца,
Тени синие метались
У заветного крыльца.

В переменах тьмы и света
Снова март неповторим
Точно кости мечут где-то,
Жизнь проигрывая в дым.

VIA APPIA

Вокруг поля какого то "колхоза" -
Ну что нибудь "Заветы Ильича",
Но рядом с ежевикой запах розы,
И римлянки фигура до плеча.

И вдоль надгробий, в тенях кипарисов,
Посмотришь вдаль - и защемит глаза,
Бежит дорога тленью бросив вызов,
Сиреневым пунктиром в небеса.

Как ты была легка для сонма легионов,
Что ускоряли шаг завидев Палатин.
И пленников здесь утихали стоны,
Когда вокруг благоухал жасмин.

Давно уж нет тех старых конвоиров,
Как нет и тех кого они вели.
Все в вечность прошагали торопливо,
И маки с той поры в Италии цвели.

Прозительной стрелой напрвлена дорога:
От сердца Рима - в синие века.
Сработана с Аппиевой подмогой,
Ты и сейчас несказанно легка.

КАТАКОМБЫ св. КАЛЛИСТО

А вниз сойти - в прохладный сумрак туфа -
Как будто бы за солнце заглянуть:
Здесь в подземелье чутко ловит ухо
Сонм голосов ушедших в дальний путь.

И сквозь века и копоти наплывы,
Нежнейший тон - как первоцвет весны,
Наскальных акварелей переливы -
В грядущее благую весть нести.

И странно мне - совсем не слышно стонов -
Лишь близких молодые голоса,
Одетых в домотканные и хитоны
Любимых провожавших в небеса.

Я слышу шепот ваш и возгласы из глыбы,
Как вы делились вестью меж собой:
О том пророке бывшем в чреве рыбы
И воспарившем в дымке голубой.

И дела нет, что старый Рим во прахе,
И кое -где костры уже горят, -
Цецилия окончит жизнь на плахе,
Чтоб троицу святую отстоять.

Так молод мир, и вера воскрешенья
Листает небо стаей журавлей,
И словно бы в заветный день творенья
Заря любви пылает мощью всей.

СЕНЬОРА

Сеньоре Марии Луизе Витобелло

Зачем ты шелестишь страницей,
Вникая в смысл далеких слов,
И выглядишь нездешней птицей
Среди компьютерных столов?

В Милане модном разве мало
Аристократов, светских львов -
Тебе средь них блистать пристало,
В столпотворенье языков...

Но ты глазами кельтской жрицы
Обводишь пестрый окоем,
И может быть ответ таится
В певучем имени твоем.

ЕЩЕ ОДНА ВЕСНА

Пусть в феврале опять нечаянно,
Случатся три свободных дня.
Возьму рюкзак не раз залатанный
И поезд унесет меня.

Сойду под вечер на той станции,
Где из штакетника забор,
И где березка в ломком панцире
Затеет бойкий разговор.

На ней нежданно, милый ворох
Румяно-толстых снегирей,
И в веточках стеклянный шорох
От груза глупых фонарей.

И ошалевшее от счастья,
Мне сердце выстучит в груди:
Что путь проделав не напрасно,
Я с чудом встречусь впереди.

Как сквозь утихшие ненастья
Пронзает солнце полог тьмы,
И отступают все напасти
В обозе дрогнувшей зимы.

И стай далеких птичий гомон
Как паутину режет сны,
И мчат во все концы вагоны
Еще одной моей весны.

***
Конечно, будет все зеленым,
Конечно, зажурчат ручьи,
И на лугу за старым кленом
Опять появятся грачи.

И домик мой на шустрой речке,
Бегущей в рощи и пески,
Омела обовьет за плечи,
(Ну, не омела - ивняки.)

А вспомнить только цвет шафрана
Тех верб, растущих у крыльца,
И неожиданные грани
Таланта певчего скворца.

Пусть не Орфея это пенье,
Но так неистов птахи пыл,
Что всяк поверит в обновленье
И провиденье высших сил!

***
Подумать только! - вместо стужи
Среди унылости седой,
Здесь будут блики в вешних лужах,
С живою, чистою водой!

И снова, как в былые весны,
В волне запляшут тростники,
И зашумят о чем-то сосны
На сизых кручах вдоль реки:

Ну вот, некстати размечтался,
Ведь впереди еще февраль,
И гул ветров в бодрящем марте,
И наст и искрящая даль.

И пусть пока пейзаж унылый,
Среди сугробов, льда и тьмы,
Но было б так весной все мило,
Когда бы, не было зимы?

***
Попеременно дует ветер,
Под стон и скрип сухой сосны,
И словно дверь срывает с петель
Могучим натиском весны.

Лежу на взгорке в старой куртке,
До рези, всматриваясь в высь,
И вот уж слышу бубен гулкий,
Как будто к празднеству сошлись.

Мне кажется, что синева чернеет,
В булавочных проколах звезд,
И в вешнем вихре словно реет
Один сюжет из зимних грез:

Что где-то там, в бездонной сини,
Руками взявшись в хоровод,
Пустились в пляску исполины
И день творения идет.

***
Там, дальше, ельник в темной чаще
Еще вчерашний снег хранит,
А здесь уж дух животворящий,
Среди капустниц мельтешит.

И словно праздничным конфетти,
Преображен весь антураж:
Ведь не всегда же на планете
Всем заправляет камуфляж.

Сеанс простого созерцанья
Мне сообщит остаток лет,
И словно по руке гаданье,
Прольет на будущее свет.

В их прихотливых поворотах,
Я узнаю свою судьбу -
С ее крылатостью на взлетах;
Над бездной вечную борьбу.

РОЖДЕСТВО

Сходились армии фон Бока
К тому заветному кружку,
Что красить охрою до срока,
В Берлине тщились на скаку.

И в пьяных строчках "Ундервуда"
Таилась, как обычно, смерть,
И лейтенант почует худо,
Когда приказа грянет медь.

В леске у станции задачка:
"Не пропустить: не дать: стереть"
И полыхает чья-то дачка
И взвод залег, чтоб умереть.

Но - устояли, продержались
Те лейтенанты под Москвой,
И горстка дней впитала алость
Мальчишек крови неземной.

А там сибирская подмога
Оставит Ирода в тоске,
И начинает понемногу
Весною брезжить в том леске.

На поле трупы без помина,
Дороги, слякоть, грязь и пот,
Но где-то там, под бездной синей,
Отца и мать судьба сведет.

Наверно мерзли и скитались,
И чуть забывшись в кратком сне,
В дыму пожарищ умудрялись
Любить и думать обо мне.

Я появлюсь на свет в амбаре,
Когда пойдет к концу война,
И закричу как на пожаре,
Чтоб все смотрели на меня.

***
Стволы у лип черны как головешки,
И прелью влажный воздух тароват,
Так далеко остался ветер вешний,
А веял, кажется, мгновение назад.

И просыпаясь вдруг в вороньем грае,
Вчерашний мир совсем не узнаешь,
Как будто здесь в сквозном сорящем крае,
Вселенский толи помин, толь кутеж.

И не гремят разрывы - только вспышки,
Беззвучно-пестрые на фоне галдежа -
Кусты черемухи, дубки, березы, вишня -
Во всем великолепье монтажа.

А воронье шумит как шайка маркитантов,
В обозе армий терпящих разгром,
Прикончивши в остатках провианта,
Еще с отчизны припасенный ром.

Куда теперь, в какие синегорья,
И где квартиры зимние сыскать?
Но далеко до гаваней и взморья,
И небесам еще над весями пылать.

***
Она таинственно приходит -
Такое свойство у весны:
Как будто стрелки переводят,
Иль прерывают детства сны.

И замечаешь вдруг с волненьем,
Пернатых стайку у крыльца,
Галдящих в воздухе весеннем
О вечной мудрости творца.

И словно гулкий резонатор,
Уносит в бездну неба двор,
А с ним моих шагов крылатых
Земной и ветреный мажор.

НОВЫЕ СТИХИ

***
Упряжка за упряжкой -
С шипением в песок,
А небо в блеклых красках
Как седина в висок.

И нет уже Эллады
За синевой морей,
Лишь ветер шлет рулады ?
Рассерженный Борей.

И кажется столетья
Накрапывает дождь,
И хочется, поверьте,
Чтоб отменил все вождь.

Какой ни будь ? не важно,
С усами ли, в пенсне,
Тщедушный иль вальяжный,
На вздыбленном коне.

ЛИЛИЯ

На страже не стоят ни гладь воды,
Ни осыпи средь древних равелинов.
Не колются острейшие шипы
Под клекот и ворчание павлинов.

О лилия, ты строгость красоты
Свободная от сплетен и укоров,
Не есть ли это мудрость простоты
Что нас хранит надежнее затворов.

***
Еще зима в начале хода,
Но оттепель пришла опять,
Хоть до грядущих половодий -
Как до луны - рукой подать.

И что-то теплое в природе,
По жилам гонит благодать.
А небо в темное в разводьях
Прекрасным хочется назвать.

НА СМЕРТЬ МАМЫ

Как студень тело, ты еще дышала,
И муки адские терзали плоть твою,
За что, за что такая переправа,
Ужели мама ты теперь в раю.

Тот август жарок, яблоки бесхозно
Почти под каждой яблоней лежат,
И небо лучезарное бесслезно,
Сквозь жухлую листву пронзает сад.

Наверно ты, как это прежде было,
Уйти не пожелала просто так,
Последний раз дарами отдарила,
Для щедрости земной подавши знак.

***
Среди ж/б и гнуси из металла,
Снующей и летающей кругом,
Вороний грай, сегодня утром рано,
Я в форточку впустил со сквозняком.

И в оттепель над сквером восставая,
Тянулись в верх стволы под этот птичий крик.
Сосульками алмазными сверкая,
Сквозь графику ветвей открылся чей-то лик.

***
Вспорхнувшей стаей над кустом
Умчались дни куда-то;
Их воробьиный гомон дом
За стрехами запрятал.

Когда ни будь в иных годах,
Опять возникнут звуки,
И осязая легкий прах
Меня коснутся руки.

***

Словно ауспиции Авгура
В небе наступающего дня,
Вензель истребителя в лазури
Тает недоступностью маня.

Я смотрю на легкий след из ваты
Ход событий силясь угадать,
И как будто Римский император,
Легионы медлю посылать?

* * *
Какая мощь, какая стать
Стволов невозмутимых,
И сторожит лесная рать
Простор необозримый.

Ах, мне бы деревом стоять,
Столетья вверх тянуться,
Весною каждой расцветать,
Со смертью разминуться?

***

Как все устроено чудно:
Зрачки миров над крышей,
И Бога нет уже давно,
Или куда-то вышел.

А только чувствуешь порой,
Как сердце грудь колышит,
И без причины сам не свой, -
Душа опоры ищет?


ЧЕРНЫШ

Такая преданность на прудке:
Виляя угольным хвостом,
Черныш с отметиной на грудке
Танцует джигу надо льдом.

Пальто хозяина в отметках
От лап с рассыпчатым снежком,
И от привязанности крепкой,
Теплеет вьюжный окоем.

И весь автобус со вниманьем,
Пока сходил-входил народ,
Рассматривал с утихшей бранью
Тот заурядный эпизод.




















 
Best Wallpapers For You Sugrob Soft: Софт Руссификаторы Mp3 Video и прочее Получить трафик